Признание завещания недействительным из-за отсутствия дееспособности наследодателя

Дело №2-155/2024

УИД 78RS0011-01-2023-003042-95

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 15 мая 2024 года

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Плиско Э.А.,

при секретаре Бартоше И.Н.,

с участием представителей истца, ответчика и ее представителя,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Демина ФИО17 к Линдфорс ФИО18 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании завещания недействительной сделкой, мотивируя тем, что истец является наследником имущества по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ после ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Истец принял наследство, обратившись к нотариусу с заявлением, где ему стало известно о составлении ФИО1 завещания ДД.ММ.ГГГГ в пользу ответчика Линдфорс И. данные изъяты

Истец, третьи лица в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, в том числе в порядке ст.113 ч.2.1, ст.117 ч.2 п.3 Гражданского процессуального кодекса РФ, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель истца в судебное заседание явилась, требования поддержала, подтвердила, что ввиду того, что свидетельство о праве на наследство не выдавалось, требование о применении последствий недействительности завещания не предъявляются.

Ответчик, ее представитель в судебном заседании просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Суд, выслушав явившихся лиц, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО8, эксперта ФИО13, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со ст.12 ГПК РФ и ч.3 ст.123 Конституции РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст.154 Гражданского кодекса Российской Федерации, односторонней считается сделка, для совершения которой, в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашения сторон необходимо и достаточно воли одной стороны.

В силу ст.1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами ГК РФ о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст.1130 ГК РФ. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (ст.1119 ГК РФ).

Статьей 1124 ГК РФ установлено, что завещание должно быть совершено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст.1131 ГК РФ при нарушении положений Гражданского кодекса РФ, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или не зависимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании» даны разъяснения о том, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями недействительности сделок (параграф 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела 5 ГК РФ (пункт 21 Постановления).

В соответствии со ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО2 в помещении СПб ГБУЗ «Городская Мариинская больница» удостоверено завещание ФИО1, согласно которому принадлежащее ей имущество ФИО1 завещала ответчику ФИО7, отменив ранее составленные завещания (т.1 л.д.55-оборот). Завещание подписано рукоприкладчиком Свидетель №1 в порядке ст.1125 Гражданского кодекса РФ.

ДД.ММ.ГГГГ отделом регистрации актов гражданского состояния о смерти по Санкт-Петербургу Комитета по делам ЗАГС составлена запись акта о смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.52).

Согласно материалам наследственного дела, в установленный законом срок с заявлениями о принятии наследства обратились истец и ответчик. В пользу истца ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 составила завещание (л.д.21), которое в силу ст.1130 ч.2 Гражданского кодекса РФ отменено фактом составления нового от ДД.ММ.ГГГГ.

Сделка завещания ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ оспаривается истцом по основанию, установленному пунктом 1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанным нормам закона и предмету иска, необходимым условием оспаривания сделок по указанному истцом основанию является доказанность того, что сделка совершена ФИО1 в состоянии, не позволяющем ей понимать значение своих действий, руководить ими.

Согласно исковому заявлению, доводы истца основаны на данные изъяты

данные изъяты

данные изъяты

данные изъяты

данные изъяты

данные изъяты

данные изъяты

В суд представлено заключение экспертов, согласно выводам которого данные изъяты

При оценке данного заключения в качестве доказательства, суд учитывает, что экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующей области экспертизы, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание и анализ представленной документации, которой руководствовались эксперты, сделанные в результате их выводы, и обоснованные ответы на поставленные вопросы; в обоснование сделанного вывода экспертами приведены соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов медицинских документов, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, образовании, стаже работы. Заключение экспертов мотивировано, основания не доверять выводам экспертизы у суда отсутствуют. Неясности, неполноты, противоречий в заключении суд не усматривает.

Для производства судебной экспертизы комиссии экспертов представлены материалы дела и полные медицинские данные, имеющиеся в наличии.

Представленное стороной ответчика заключение специалиста ФИО11 (т.2 л.д.27-85) не принимается судом в качестве доказательства, подвергающего сомнению достоверность заключения судебной экспертизы. В своем заключении специалист ФИО12 указывает на существенные нарушения при производстве экспертизы, выразившиеся в отсутствии письменного поручения на производство экспертизы, надлежащего предупреждения экспертов об ответственности, в то время как требуемый, по мнению ФИО12, порядок поручения производства экспертизы и предупреждения об уголовной ответственности не установлен ни нормами Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", ни Приказам Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ N 346н "Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации" и Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 3н "Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы".

Данные нормативные акты не предполагают обязательного приобщения к материалам дела документов об образовании, квалификации, специальной подготовке и стаже работы экспертов, а также специальных документов, подтверждающих факт поручения производства экспертизы конкретному эксперту. В то же время в соответствии со ст.25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ в заключении экспертов по настоящему делу указаны необходимые сведения о судебно-экспертном учреждении, а также об экспертах (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы.

Наличие на втором листе заключения подписей экспертов об их предупреждении об уголовной ответственности не является нарушением норм действующего законодательства и не свидетельствует о даче заключения без соответствующего предупреждения. Ссылки ФИО12 о фактической хронологии производства экспертизы и предупреждения экспертов об уголовной ответственности после производства экспертизы являются его собственными представлением о порядке производства экспертизы, ни чем не обоснованным.

Доводы в заключении ФИО12 о том, что эксперты находились в подчинении эксперта ФИО13, как зав.отделением, в связи с чем не могли дать достоверное заключение, являются личными предположениями специалиста ФИО12, не основанными на профессиональных знаниях и каких-либо объективных данных.

Ссылка специалиста ФИО12 о необходимости привлечения к производству экспертизы экспертов по специальности неврология, клиническая фармакология, терапевта, не принимается судом, поскольку закон таких требований не содержит, а заключение дано экспертами, обладающими специальными познаниями в области исследования. Каких-либо данных, требующих привлечения специалистов приведенных ФИО12 категорий не приведено. Судебным экспертам были представлены полные данные о состоянии здоровья ФИО1, которые в полном объеме учтены экспертами, в связи с выводы ФИО12 о способности ФИО1 понимать значение своих действий свидетельствуют о несогласии самого специалиста ФИО12 с заключением судебных экспертов, что не может ставить под сомнение достоверность заключения судебных экспертиз, как доказательства.

В остальном, заключение специалиста ФИО12 содержит его собственные суждения о необходимости вывода о способности ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими, основанные, в отличие от заключения судебной экспертизы, исключительно на анализе содержания заключения судебной экспертизы, что не может приниматься судом в качестве доказательства, опровергающего заключение судебной экспертизы и отвечающего принципу достоверности.

Таким образом, каких-либо нарушений порядка производства экспертизы, свидетельствующих о получении данного доказательства с нарушением закона, влекущих сомнения в обоснованности выводов судебных экспертов не установлено.

В ходе судебного разбирательства была допрошена эксперт ФИО13, которая подтвердила заключение судебной экспертизы, пояснила, что эксперты были предупреждены об уголовной ответственности до производства экспертизы, какого-либо давления на членов комиссии не оказывалось, заключение дано в пределах компетенции экспертов, так как отнесено к компетенции психиатров, и не требовало привлечения иных специалистов, в том числе невролога, терапевта, клинического фармаколога. Все члены комиссии, являясь работниками государственного учреждения, имеют необходимую специальность и квалификацию.

С учетом данных обстоятельств, учитывая представленную в материалы дела всю имеющуюся медицинскую документацию и отсутствие иных дополнительных сведений, которые могли бы повлиять на выводы экспертов, суд принимает представленное заключение судебной экспертизы в основу решения, как доказательство, отвечающее принципам допустимости, относимости и достоверности.

С учетом предмета иска, на истца возлагалась обязанность представить достоверные доказательства неспособности наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими. Данная обязанность истцом исполнена, при этом представленные истцом доказательства не подвергнуты сомнению, не опровергнуты.

Исходя из презумпции воли собственника распорядиться принадлежащим имуществом по своему усмотрению, в том числе путем составления завещания, суд считает доказанным наличие порока воли при совершении юридически значимых действий ФИО1, имеющих правовые последствия для участников гражданских правоотношений при наследовании имущества.

В ходе рассмотрения дела суду представлены доказательства, позволяющие прийти к достоверному выводу о том, что имевшееся у ФИО1 заболевание не позволяло ей понимать значение совершаемых юридических значимых действий и руководить ими.

Показания свидетеля ФИО8 о том, что она давала совет ФИО1 переписать завещание на дочь, о характеристике личностей истца и ответчика, их взаимоотношениях с наследодателем, равно как и объяснения ответчика об аналогичных обстоятельствах, не могут приниматься судом в качестве основания к отказу в удовлетворении иска, поскольку не относимы к предмету доказывания.

Оценив в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что обоснованность требований истца установлена в ходе судебного разбирательства, в связи с чем заявленное требование подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Признать завещание ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированное в реестре №-н/78-2022-9-1613, недействительным.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.