Признание договора дарения недействительным из-за введения в заблуждение пожилой женщины социальным работником

УИД 55RS0003-01-2024-003805-82

Дело № 2-17/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Омск 28 апреля 2025 года

Ленинский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Тынысовой А.Т.,

при секретаре судебного заседания Комаровой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Пасынков А.А., Шмелевой В.В. к Смирновой С.В. о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Котина В.Я. обратилась в суд с названным иском. В обоснование заявленных требований указала, что 02.05.2023 между ней и ответчиком Смирновой С.В. был заключен договор дарения квартиры, согласно которому квартира, расположенная по адресу: ххх, перешла в собственность Смирновой С.В. Ответчик работала в БУОО «Комплексный центр социального обслуживания населения «Родник», обслуживала ее по программе социального обслуживания на дому граждан пожилого возраста и инвалидов. Смирнова С.В. под влиянием обмана ввела ее в заблуждение относительно указанной сделки, пригласив домой к ней представителя Росреестра для регистрации перехода права собственности квартиры на ее имя. О том, что квартира уже не находится в ее собственности, она узнала из документов. Она не планировала дарить квартиру ответчику, при подписании договора ответчик ей поясняла, что в случае ее смерти, ей понадобится этот договор для того, чтобы оформить ее захоронение. Поэтому она пребывала в заблуждении относительно природы сделки, так и понимания сути сделки. Она зарегистрирована и проживает в квартире с момента ее приобретения, что подтверждается копией лицевого счета. Квартира является ее единственным жильем. Ответчик воспользовалась ее доверием, которое возникло по причине оказания услуг по уходу.

Просила признать договор дарения, заключенный 02.05.2023 между Котиной В.Я. и ответчиком Смирновой С.В. недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Котина В.Я. умерла 20 сентября 2024 года.

Определением Ленинского районного суда г. Омска от 17.10.2024 производство по делу приостановлено до истечения срока принятия наследства и определения правопреемников Котина В.Я., ххх года рождения, умершей 20 сентября 2024 года.

Определением Ленинского районного суда г. Омска от 08.04.2025 произведена замена истца Котиной В.Я. на её правопреемников Шмелеву В.В. и Пасынкова А.А., в связи со смертью Котиной В.Я., наступившей 20 сентября 2024 года.

Истец Шмелева В.В. в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом, представила письменные пояснения, согласно которым просила признать договор дарения, заключенный 02.05.2023 между Котиной В.Я. и ответчиком Смирновой С.В. ничтожным, поскольку в соответствии с положением п. 2 ст. 575 ГК РФ запрещается дарение работникам образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, и аналогичных организаций, в том числе организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан.

Представитель истца Бородулина Л.Ю., действующая на основании доверенности в судебном заседании поддержала позицию истца Шмелевой В.В. в полном объеме, считает, что Смирнова С.В. вошла в доверие Котиной В.Я., в результате чего обманным путем завладела квартирой.

Истец Пасынков А.А. в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом. Его интересы в ходе судебного заседания представляла также Бородулина Л.Ю. на основании доверенности.

Ответчик Смирнова С.В. в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика Савелов Ю.Г., действующий на основании доверенности в судебном заседании возражал по заявленным требования, считает, что отсутствуют доказательства введения в заблуждение Котиной В.Я., которая осознавала и понимала, что совершает договор дарения. Также считает, что внучка Шмелева В.В. является ненадлежащим истцом, поскольку ее интересы не затрагиваются. Смирнова С.В. после заключения договора дарения уволилась, оплачивает коммунальные услуги, но не может попасть в квартиру. Согласно устной договоренности, Котину В.Я. она не выписывала, она осталась там проживать в качестве квартиранта.

Представитель третьего лица БУОО "Комплексный центр социального обслуживания населения "Родник" Ленинского административного округа" в судебном заседании участия не принимал, извещены надлежащим образом.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 02 мая 2023 года между Котиной В.Я. «Даритель» и Смирновой С.В. «Одаряемая» заключен договор дарения квартиры № дома № по ул. ххх в г. Омске, кадастровый №, площадью 42,8 кв.м. (л.д. 11).

Указанная квартира принадлежала Дарителю Котиной В.Я. на праве собственности на основании справки № 8 от 16.01.2018 ЖСК «ххх», что подтверждалось выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 13.02.2018.

По данным Единого государственного реестра недвижимости 11.05.2023 на основании вышеуказанного договора дарения за Смирновой С.В. зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ххх.

В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса РФ.

Заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Так, в ходе судебного заседания было установлено, что Котина В.Я. не состояла в зарегистрированном браке, детей не имела, проживала одна по адресу: ххх 12 октября 1972 года.

Смирнова С.В. на момент совершения дарения работала в БУ ОО «Комплексный центр социального обслуживания населения «Родник» ЛАО» в должности социального ххх.

Из письменного отзыва БУОО "Комплексный центр социального обслуживания населения "Родник" Ленинского административного округа" следует, что в период с апреля 2022 года по 30 мая 2024 года социальный работник Смирнова С.В. обслуживала Котину В.Я.

В соответствии с определением суда от 25.07.2024, по ходатайству представителя истца по делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из мотивированного сообщения о невозможности дать экспертное заключение №/А от 26.08.2024, составленного экспертами БУЗОО «ххх» следует, что у Котиной В.Я. выявлено выраженное интеллектуально - мнестическое снижение и выраженные эмоционально - волевые нарушения, но в то же время полное отсутствие медицинской документации на исследуемый период (сделка 02.05.2023 года), последний раз, согласно предоставленной медицинской документации, осматривалась врачом- терапевтом в поликлинике БУЗОО МСЧ № 11.03.2022 года, психиатрическая помощь подэкспертной не оказывалась (согласно данным медицинской информационной системы «ххх, под наблюдением психиатра не состоит) ответить на вопросы о способности Котиной В.Я. понимать значение своих действий и руководить ими не представляется возможным (ответ на вопрос №3,5,6).

При таких обстоятельствах, довод о том, что Котина В.Я. на момент заключения договора дарения не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не нашел своего подтверждения.

Также в заключении отдельно приведены следующие выводы психолога: мышление тугоподвижное с обстоятельностью, малопродуктивное. Суждение поверхностны, примитивны, облегчены. Недоступны общеизвестные понятия. Выражены признаки социальной дезадаптации. Эмоционально лабильна. Сужен круг интересов. Планы на будущее расплывчаты. Беспечна, формальна. Обнаруживает снижение критических способностей, как к своему состоянию, так и к ситуации в целом. При экспериментально - психологическом исследовании установлено: контакт носит непродуктивный характер, не способна поддерживать целенаправленную беседу. Эмоциональные реакции и мимические реакции маловыразительные, скудные. Речь в замедленном темпе. Словарный запас оскуднен, периодически испытывает трудности с вербализацией ответов. Вопросы требуют неоднократных повторений, отвечает не всегда по существу. Обстоятельна, соскальзывает на посторонние темы. Трудокоррегиреума. Критические и прогностические способности нарушены. Инструкции требуют многократных повторений, разъяснений, не удерживает их. При исследовании обнаружила выраженную замедленность психической работоспособности, замедленную врабатываемость, тугоподвижность, истощаемость внимания, сужение объема внимания, слабость концентрации внимания. Память снижена (кривая воспроизведения 10 слов в виде низко расположенного плато, что свидетельствует об очень малом объеме памяти, низкой прочности запоминания: 2. 2. 2. 2. 3. отсрочено 1 слово с привнесением множества лишних слов, что свидетельствует об истощаемости психических процессов). Данные ассоциативного процесса («Ответные ассоциации») выявляют ограниченный, элементарный характер ассоциаций. При исследовании мыслительной деятельности выявлено: мышление непродуктивное, тугоподвижное в замедленном темпе. Отмечается снижение процессов абстрагирования, обобщения, анализа и синтеза («сравнение понятий», пословицы и поговорки). Арифметический счет (100-7) выполняет с ошибками, забывает какое число отнимает. Снижен объем знаний, нарушены способности сохранять знания в долговременной памяти. Ранее приобретенные знания утрачены, новый материал не усваивает. Снижена социально-психологическая адаптация в социуме, пространственная ориентация, сообразительность, нарушена способность строить умозаключения на основе жизненного опыта и анализировать целое через составляющие его части. Т.о., на момент исследования выявлены выраженные изменения аттентивно-мнестических и когнитивных процессов (замедленность психической работоспособности, тугоподвижность, истощаемость внимания, сужение объема внимания, слабость концентрации внимания, грубое снижение кратковременной, долговременной памяти, непродуктивность мыслительной деятельности, нарушение в различии главного от второстепенного, недоступность ассоциативного процесса). Мышление непродуктивное, обстоятельное, тугоподвижное в замедленном темпе. Эмоционально- личностная сфера характеризуется выраженными изменениями в виде в виде обеднения кругозора, снижения общей активности, снижения уровня и интенсивности побуждений к продуктивной деятельности, снижения волевых качеств при существенной затрудненности целеполагания и прогнозирования.

Норма п. 1 ст. 178 ГК РФ не связывает понятие заблуждения с состоянием психического здоровья участника сделки. При оспаривании сделки по данному основанию подлежат оценке иные обстоятельства, в которых эта сделка была совершена: в том числе, возраст, образовательный уровень, наличие общих заболеваний, которые влекут за собой снижение способности объективно оценивать последствия совершения сделки, а также и взаимоотношения сторон по сделке, которые могли повлиять на поведение лица, оспаривающего сделку по мотиву заблуждения при ее заключении.

На момент заключения оспариваемого договора дарения Котиной В.Я. было ххх лет, проживала даритель одна, близких родственников она не имела, единственным лицом кто ее посещал был социальный работник.

Из имеющихся в материалах дела пояснений Котиной В.Я. следует, что Смирнова С.В. обещала ее похоронить после смерти, но для этого ей необходимы были документы на квартиру. Она не планировала никому дарить свою квартиру.

Из письменного отзыва ответчика на исковое заявление следует, что Смирнова С.В., занимая должность социального работника, в период с 2022 года по 2024 год обслуживала Котину В.Я. Отношения между Смирновой С.В. и Котиной В.Я. сложились хорошие. В связи со сложившимся хорошими отношениями, а также тем, что близких и родных, которые могли бы помочь и позаботиться о Котиной В.Я. у нее нет, примерно в марте 2023 г. Котина В.Я. начала предлагать Смирновой С.В. в дар квартиру по адресу: ххх, которая принадлежала Котиной В.Я. на праве собственности. Изначально Смирнова С.В. отказывалась от данного предложения, так как знала, что соцработникам запрещается принимать что либо в дар от клиентов (подопечных). Однако, Котина В.Я. продолжала просить Смирнову С.В. принять спорную квартиру, говорила, что претендовать на эту квартиру никто не будет, так как близких родственников у нее нет (или она с ними не общается), а внучке (внучатой племяннице) она помогла приобрести квартиру в ипотеку в Москве, просила обеспечить уход за ней и помочь с последующими похоронами, так как больше этим заняться будет некому. При осуществлении своей деятельности в качестве соцработника Смирнова С.В. не вводила Котину В.Я. в какое либо заблуждение, Котина В.Я. добровольно, по своей инициативе решил передать принадлежащее ей на праве собственности недвижимое имущество в виде квартиры расположенной по адресу: ххх, в дар Смирновой С.В.

Из буквального содержания указанных положений действующего законодательства следует, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление того факта, что данная сделка является именно договором дарения (либо оспариваемая сделка прикрывает договор дарения), а не основана на иных взаимоотношениях сторон.

В обоснование заявленных требований истец Шмелева В.В. и её представитель ссылаются, что спорный договор дарения является недействительным, поскольку положениями ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на дарение имущества работникам образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, и аналогичных организаций, в том числе организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан.

Согласно пп. 2 п. 1 ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей работникам образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, и аналогичных организаций, в том числе организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан.

Судом установлено, что после заключения договора дарения фактическая передача спорной квартиры Смирновой С.В. не состоялась. Квартира, как на момент заключения договора дарения, так и в последующем продолжала оставаться во владении и пользовании Котиной В.Я., которая полагала, что является ее собственником, была зарегистрирована в указанной квартире с 12 октября 1972 года по день смерти.

Таким образом, судом установлено, что фактическая передача дара в виде квартиры после заключения договора дарения не была произведена, при заключении оспариваемого договора истец, находясь в преклонном возрасте, действовала под влиянием заблуждения. Проживание истца в квартире после заключения договора дарения также расцениваются судом как обстоятельства, свидетельствующие о том, что, заключая договор дарения, Котина В.Я. находилась в состоянии заблуждения. В соответствии с чем, Котина В.Я. в недостаточной степени воспринимала суть содержания сделки и ее правовых последствия, не могла разумно и объективно оценивать сложившуюся ситуацию.

Кроме того, судом установлено, что Котина В.Я. умерла 20 сентября 2024 года, что подтверждается свидетельством о смерти.

Из материалов наследственного дела после смерти Котиной В.Я., предоставленного нотариусом З.М.Д. следует, что с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти Котиной В.Я. обратились Шмелевой В.В. - по закону, Пасынков А.А. - по завещанию.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что совершенная сделка не соответствовала действительной воле Котиной В.Я., она не имела намерения лишать себя права собственности на квартиру, учитывая также, что квартира являлась её единственным жильем, а ответчик Смирнова С.В. в силу закона не имела права принимать в дар спорную квартиру, поскольку на момент заключения договора дарения исполняла должностные обязанности социального работника и осуществляла уход за Котиной В.Я., при условии что иных близких лиц Котина В.Я. не имела, находилась в преклонном возрасте, в соответствии с чем полностью доверяла Смирновой С.В. Таким образом, суд считает возможным признать недействительным договор дарения квартиры от 02 мая 2023 года, заключенный между Котиной В.Я. и Смирновой С.В.

На основании пункта 2 статьи 167 ГК РФ суд также считает необходимым применить последствия недействительности договора дарения, аннулировать в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права на квартиру с кадастровым № по адресу: ххх за Смирновой С.В. за № от 11 мая 2023 года.

Частью первой статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В силу абзаца второго части второй статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений статьи 98 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью первой статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацу второму статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Частью первой статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

В соответствии с определением Ленинского районного суда г. Омска от 25.07.2024 года БУЗОО «ххх» провело судебную психолого-психиатрическую экспертизу медицинских документов. Оплата за проведение экспертизы возложена на истца Котину В.Я.

Однако, по сведениям экспертного учреждения услуги БУЗОО «ххх» не оплачены ни в порядке предоплаты, ни после оказания услуг, в связи с чем экспертная организация просит возместить расходы, понесенные на производство судебно-психиатрической экспертизы в размере44 000 рублей.

В соответствии с положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с Смирновой С.В. в пользу БУЗОО «ххх» подлежит взысканию 44 000 рублей в счёт возмещения расходов по проведению экспертизы.

Согласно ст. 139 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд или судья по заявлению или ходатайству лиц участвующих в деле, или по своей инициативе может принять меры к обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Согласно ст. 144 Гражданского процессуального кодекса РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Определением Ленинского районного суда города Омска от 18 июня 2024 года был наложен запрет Управлению Росреестра по Омской области совершать любые регистрационные действия в отношении квартиры с кадастровым № по адресу: ххх.

С целью необходимости исполнения решения суда, суд считает возможным отменить меры о обеспечению иска по вступлению в законную силу данного решения суда.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры от 02 мая 2023 года, заключенный между Котина В.Я. и Смирновой С.В..

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации права на квартиру с кадастровым № по адресу: ххх за Смирновой С.В. за № от 11 мая 2023 года.

Включить в состав наследственного имущества после смерти Котина В.Я., ххх года рождения, умершей 20 сентября 2024 года, жилое помещение с кадастровым № по адресу: ххх.

Взыскать с Смирновой С.В., ххх года рождения (паспорт ххх) в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «ххх» (ОГРН ххх) расходы за проведение судебной психиатрической экспертизы №/А от 26.08.2024 в отношении Котиной В.Я. в размере 44 000 (сорок четыре тысячи) рублей.

По вступлению в законную силу данного решения суда, отменить меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Росреестра по Омской области совершать любые регистрационные действия в отношении квартиры с кадастровым № по адресу: ххх, принятые определением Ленинского районного суда города Омска от 18 июня 2024 года.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путём подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.Т. Тынысова

Решение принято в окончательной форме 16 мая 2025 года